Леонид Гозман: «По призыву Владимира Путина»

В связи с призывом Владимира Путина на законодательном уровне запретить приравнивание роли СССР и Германии во Второй мировой войне общественный деятель отмечает, что президент очень точно подметил главную проблему страны.

Кирилл Рогов: «Три вопроса к Владимиру Путину»

По мнению политолога, ответ Владимира Путина на вопрос о дворце под Геленджиком дает оппозиции основания задать президенту три важных вопроса. Задать их нужно не ради ответов, а чтобы как можно большее количество людей осознало легитимность этих вопросов.

Игорь Эйдман: «Подставной владелец подставил хозяина?»

Социолог обращает внимание на тот факт, что расследование ФБК о дворце под Геленджиком до сих пор публично не прокомментировал Александр Пономаренко, которого называли номинальным владельцем дворца.

Дмитрий Травин: «Навальный рейтинг Путина»

Экономист предлагает оценивать политическое влияние по степени популярности на YouTube расследований Алексея Навального. Первую тройку в этом рейтинге составляют Владимир Путин, Дмитрий Медведев и ФСБ.

Михаил Виноградов: «Всем пока хочется и дальше обсуждать протесты»

С точки зрения президента фонда "Петербургская политика", российским властям сейчас следовало бы забыть про события 23 января и не создавать дальше "повестку, вызывающую антивластную мобилизацию". Однако такое развитие событий маловероятно.

Кирилл Шулика: «Дом ветеранов госуправления»

Комментируя ответ Владимира Путина на вопрос о дворце под Геленджиком, общественный деятель отмечает, что президент не опроверг, а в чем-то и подтвердил тезисы из нашумевшего расследования ФБК.

Андрей Никулин: «Притушить пожар можно, но полностью загасить уже не получится»

Аналитик и публицист полагает, что оптимальной для власти стратегией борьбы с Алексеем Навальным мог бы стать домашний арест оппозиционера, однако при этом Навальный сохранит шансы на возвращение в гущу политики.

Иван Курилла: «Элита должна понимать, что пора спрыгивать с этого корабля»

С точки зрения историка, после протестов 2011 года власть добилась от элиты лояльности, однако самые умные представители нынешней российской элиты должны понимать, что режим движется в тупик, в конце которого нет ничего хорошего.

Лев Шлосберг: «События 23 января ускорили ход российской истории»

По мнению депутата Псковского областного собрания, протесты 23 января носили открытый политический характер и показали, что Владимир Путин впервые "оказался меньшинством в широком общественном мнении".

Аббас Галлямов: «К счастью для оппозиции, в стране есть власть»

Политолог отмечает, что после акций 23 января оппозиция должна удержать протестную динамику до думских выборов. Эта задача выглядит сложной, но в ее решении оппозиционерам может помочь власть.